Достоевский крупным планом: отражение в зеркале экранизаций

Экранизация всегда двойственный жест: она приближает классику к зрителю — и одновременно отдаляет, подменяя авторское слово режиссёрским. Но что, если экранизации — не соперники Достоевского, а его зеркала, в которых он является нам каждый раз по-новому? Цикл из трёх встреч «Достоевский крупным планом: отражение в зеркале экранизаций» предлагает сместить оптику. Первая встреча — «Идиот» Акиры Куросавы (1951). Японец переносит действие в Хоккайдо, меняет имена, обрезает сюжет — но зрители узнают автора. Что остаётся от Достоевского, когда от текста почти ничего не остаётся?